Комплекс Офелии

***

этот мир, кажется, жесток,

как жестока пустая строка.

ты подвесил меня на крючок,

и никак не сорвусь с крючка.

 

я не знаю, как есть и спать,

я не знаю, как пить и жить,

разучилась стелить кровать,

не могу говорить.

 

жду вестей, но уж вышел срок,

чудесам не бывать пока

ты подвесил меня на крючок,

и  я не сорвусь с крючка.

 

может быть, это злой рок,

или просто любовь глуха,

но подвесил ты на крючок

и я не сорвусь с крючка.

 

в стороне слышен чей-то смех,

истерично журчит река,

кто-то тянет меня вверх,

и сорваться никак с  крючка.

 

Осколок льда в груди засел,

щемит. И вот уж слово вечность

Выкладываю из минуты каждой

Что провела я не с тобой.

 

Придет ли маленькая Герда?

Покой не страшен так,  как память.

И силы нет такой, чтоб плакать

В чертогах страсти ледяной.

 

***

 

И вот уже «почему?»

превратилось в тюрьму,

а невиннейшее  «куда?»

словно хлынувшая вода -

мне по жилам, и стынет там.

я в вопросы вхожу как в храм.

 

Я в ответы вхожу как в дом -

и уютно, и  тесно в нем,

облекаемая как в гроб -

затыкают ответы рот.

 

Но невидимо бьется сквозь,

но во сне мне в саду из роз,

видится Вопрос.

 

 

отчаянно смелые,

в отчаянии смелые,

мы идем по белому,

неуклюжие,  неумелые.

 

заметает снег,

заметалась мысль,

и живое во мне

ищет смысл,

 

поворот, тупик,

много новых лет.

мы идем во мгле,

мы идем на свет.

 

Напишу я четыре стиха.

 

Из одного листка –

Кораблик сделаю, и пусть плывёт.

Из другого листка –

Самолётик, и пусть летит.

Из третьего сделаю веер

(ведь принцессам нельзя без веера)

 

А четвёртый – отдам тебе.

 

…так все они станут свободны.

 

 

 

Вечно молод и весел,

Вечно космат и страшен.

Льётся мелодия флейты

Горных касаясь башен.

 

 

- Слова, слова, слова!

- сказал Гамлет.

Дураки, дураки, дураки

Томно считала Офелия

(поглядывая на прудик

за стенами монастыря)

…Ноты, ноты, ноты –

твердила девочка в бантах.

Недавно ей дали скрипку в руки

И приказали играть звуки

(забрав эту чудную книгу)

Скрипы-скрипы-скрипы

Принцы-принцы-принцы.

(Слова, слова, слова).

 

 

 

Давно следует всё забросить,

не оглядываясь на запад

(назад)

уйти туда, где встают петухи

И не возвращаться.

 

Но я всё не иду, не иду, не иду,

Я живу своим непоходом;

в дождь

 непобегом своим укрываюсь,

я нигде, и  никто, не-за-чем.

 

 

Раз в год

Вечером пишет плохие стихи.

К ночи ревёт и рвёт.

 

Не на асфальт. В никуда

С мира стекает вода.

Вот и я: зачем-то-стекаю,
Зачем-то-вниз…

А зачем – поди разберись.

 

 

 

…Раковинка причудливых очертаний

И невнятных бормотаний.
Песок с жемчужины;

чей-то ужин.

 

 

 

Тихо-тихо чтобы не вспугнули,

Притаясь за тонкой спинкой жизни,
Не чихая, не дыша, не плача
Бормоча заветную молитву:
Всех люблю и все мне безразличны,
Всех люблю и никого не знаю

Транспортом отправлюсь я привычным –

жду трамвая.

 

 

Белыми нитками

чёрную ночь
шьёт моя память.

- Тонкие нитки.
И, разрываясь,

Корчится ночь.

 

 

Культивируя в себе грусть

Из которой растут маленькие строчки
Нежных стихотворений

Наливаю чай с бергамотом,
Говорю — пусть весь мир подождёт
…а он уходит.

 

жизнь тихая штука

и
смерть тоже тиха
Она бесплотнее звука
С которым идут облака

Она бесшумнее тени
Проворнейшей из птиц
… целует на ночь растенья
И те падают ниц.

 

говорят, что душа — в волосах…

говорят
я пойду в зеленеющий сад —
проверять,

и по глупости али с тоски
оборву у цветов лепестки! 

пусть растерзанный мною Самсон
 - охламон — 
скажет мне, что никто не влюблён…
не влюблён.

 

Этот сюжет мне кажется

Высосанной из пальца
Капелькой крови фауста,
Когда он себя продаёт
За пару ночей на маленьких холмиках…

И, может, за что-то ещё.

 

 

Ббей в барабаны!

Трруби в трубы!!
Нас оболгали.
Нас обманули.
- Где моё счастье?
-Где ммоё счастье??

-Гдде ммоё счастье?!!

 

 

дни цепляются мне за колени,

Это море моей поговорки,
я его замечать не желаю.

только солью разъедены ноги,
и когда-нибудь тело уронят,
вдруг приблизив конец водоёма.

мы всё тщимся летать словно птицы
получается, но не у многих –
и над морем крикливые чайки

своим гомоном панику сеют
селят в теле и в душах усталость
- приближают конец водоёма.

 

Сорок лет разрослись – стало дважды

Большим количество лет,
Что затратят на Путь мои бедные люди.

Паства ропщет, но как-то с тоской 
И усталостью, 
Не желает ни знаний, ни Веры, 
Ни греха, ни молитвы,

Только манны комки беззаботно
Ловят люди сухими губами,

Когда им посылает пустыня.